До поступления к герцогу [Бирону] Кульковский был очень беден. Однажды ночью забрались к нему воры и начали заниматься приличным званию их мастерством.
Проснувшись от шума и позёвывая, Кульковский сказал им, нимало не сердясь:
— Не знаю, братцы, что вы можете найти здесь в потёмках, когда я и днём почти ничего не нахожу.
В одном обществе очень пригоженькая девица сказала Кульковскому:
— Кажется, я вас где-то уже видела.
— Как же, сударыня! — тотчас отвечал Кульковский, — я там весьма часто бываю.
В Петербурге ожидали солнечного затмения. Педрилло, хорошо знакомый с профессором Крафтом, главным петербургским астрономом, пригласил к себе компанию простаков, которых уверил, что даст им возможность видеть затмение вблизи; между тем велел подать пива и угощал им компанию. Наконец, не сообразив, что время затмения уже прошло, Педрило сказал:
— Ну, господа, нам ведь уже пора.
Компания поднялась и отправилась на другой конец Петербурга. Приехали, лезут на башню, с которой следовало наблюдать затмение.
— Куда вы, — заметил им сторож, — затмение уж давно кончилось.
— Ничего, любезный, — возразил Педрилло, — астроном мне знаком — и всё покажет сначала.
Отобедав однажды в соседнем трактире, Педрилло хватился, что с ним нет кошелька, и просил трактирщика обождать уплату до следующего раза. Но трактирщик был неумолим и снял с Педрилло верхнее платье, которое оставил у себя в залог.
Педрилло решился отомстить. В этих видах он, квартируя рядом с трактиром, начал прикармливать трактирную птицу: кур, цыплят, гусей и индеек. И когда птица эта, привыкнув захаживать к Педрилло, была вся в сборе у шута, он ощипал с неё все перья и в таком виде отпустил кур, цыплят, гусей и индеек домой. Трактирщик взбесился.
— Я поступил с ними точно так, как ты со мною, — говорил в своё оправдание шут. — Я потребовал с них денег за месячный корм. Они не могли заплатить — и я снял с них верхнее платье.
Граф Вратислав, цесарский посол при русском дворе, любил кичиться своими предками. Заметив это, Педрилло сказал ему однажды в присутствии большого общества:
— Тот, кто хвалится только одними предками, уподобляет себя картофелю, которого всё лучшее погребено в земле.
Главный вопрос к этому заведению — а что это? Это не каталог переводов (чем она была поначалу, насколько я понимаю) и не каталог манги. Это, в лучшем случае, каталог переводов тех команд, которые когда-то попали в каталог. «Чтобы понять рекурсию, надо понять рекурсию».
Критерий попадания в каталог один — понравиться добавляющему (один(!) раз). А что потом? А потом хоть потоп — никого это не волнует. По крайней мере, ничем иным наличие тёмы «Если вы новая команда» (для доработки перевода новой команды, чтобы тот прошёл «QC Аниманги» и попал в каталог) и отсутствие тёмы «Покритикуйте перевод» я объяснить не могу.
Почему это не каталог переводов? Потому что нет каких-то внятных критериев для попадания в каталог — перевод может не попасть в каталог просто потому, что он сделан не теми людьми. В качестве примера могу привести тот же хлосчастный “Cotton”, добавленный строго после того, как его положили на сайт Кинона, хотя он уже чёрти сколько валялся на виМанге, на которой и для которой делался. Что изменилось в переводе? А ничего. (То есть нашлась одна незамеченная опечатка — и то, сказали о ней на форуме Кинона.)
P. S. Почему это не каталог манги? Потому что не выдерживает никакого сравнения с “Baka-Updates Manga”. Хотя UGC, разумеется, имеет ряд очевидных недостатков.
Брат жены Педрилло, выдав дочь замуж, просил Педрилло не сухо принять нового родича.
Педрилло выпросил у Густава Бирона часа на два пожарную трубу Измайловского полка и, установив её как раз против двери, в которую должен был входить новый родич, наполнил заливной рукав водой.
Лишь только гость показался в дверях, Педрилло собственноручно отвернул все клапаны заливного рукава и окатил гостя с головы до ног.
— Скажи же тестю, что я исполнил его желание и принял тебя, как видишь, не сухо.
Поварёнок, украв с кухни Педрилло рыбу, уносил её под фартуком, который был так короток, что рыбий хвост торчал наружу. Увидев это, Педрилло кликнул вора:
— Эй, малый! Коли вперёд вздумаешь красть, то бери рыбу покороче или надевай фартук подлиннее.
Педрилло, прося герцога Бирона о пенсии за свою долгую службу, приводил в уважение, что ему нечего есть. Бирон назанчил шуту пенсию в 200 рублей.
Спустя несколько времени шут опять явился к герцогу с просьбою о пенсии же.
— Как, разве тебе не назначена пенсия?
— Назначена, Ваша Светлость! и благодаря ей я имею, что есть. Но теперь мне решительно нечего пить.
Герцог улыбнулся и снова наградил шута.
На одном придворном обеде против Педрилло сидел один придворный, известный мот, проюрдонивший всё своё состояние. Слыша чьё-то замечание, что придворный этот ничего не кушает, шут возразил:
— Что ж тут мудрёного? Он уже всё своё скушал!
